Задолго до того, как Джордж Мартин придумал Старков, играющих в престолы, моим, тогда еще детским девизом стали два слова “Долг и честь”. Почему, точно не знаю – словосочетание пришло и осталось со мной. Наверное, было читано много книг с благородными героями, да, и офицерские традиции мужчин семьи сыграли свою роль.
Но сейчас не об этом. А о том, почему честь и чувство долга так необходимы стране, которая хочет жить, выжить, и преуспеть, заслужив уважение мира.
Итак. Честь – это отнюдь не то же самое, что и репутация. Потому что репутация представляет собой категорию внешнюю и зависимую от мнения интересующих нас людей или сообществ. А честь, прежде всего, категория, тесно связанная с самоопределением человека в социуме, самоуважением, самооценкой.
Граница между честью и бесчестьем для конкретного индивида или для коллектива проходит по линии выполнения или невыполнения своего долга (в понимании взятых на себя обязательств) и соблюдения или нарушения своих абсолютных нравственных императивов. В культурах, допускавших суицид, смыть позор позволяли простые страшные решения.
Другие мировоззренчески-религиозные системы попытались – не слишком успешно – побудить человечество стать на сложный и болезненный путь искупления бесчестных поступков или снять противопоставление “честь-бесчестье”. Постмодерн предпочел недуальность, поэтому нынче ничто не стыдно, ничто не гнусно, потому что “человека надо понять” и потому что “обстоятельства”. А еще потому, что “никто никому ничего не должен”.
Поэтому современный офицер может выйти из окружения, бросив своих бойцов на произвол судьбы
Подписывайтесь на новости “КиевVласть” в Facebook
Но истинная недуальность хороша для вставших на путь просветления. На бытовом уровне она неизбежно вульгаризируется. И может означать офицера, бросающего своих бойцов в окружении на произвол судьбы просто потому, что “у него дети”. Организатора финансовой пирамиды или недобросовестного застройщика, которым “просто хочется жить красиво”. Злостного алиментщика, которому “просто не хватает на две семьи”, и врача-убийцу, которого “просто плохо учили в мединституте и мало платят”. Потому что если ничто не черно и ничто не бело, нет смысла стремиться к свету. Нет ни офицерской чести, ни слова честного купеческого.
Посему для земного бытия человека и общества нужны не абстрактные “скрепы”, которыми так удобно жонглировать/cпекулировать. А пригодные для практического использования определения Конфуция, различавшего благородные поступки благородных людей и, соответственно, низкие поступки низких людей.
– Благородный думает о должном. Низкий человек думает о том, что выгодно.
– Благородный стойко переносит беды, а низкий человек в беде распускается.
– Благородный живет в согласии со всеми, а низкий человек ищет себе подобных.
– Благородный ни от кого не ожидает обмана, но когда его обманывают, он первый замечает это.
– Благородный помогает людям увидеть доброе в себе и не поучает людей видеть в себе дурное. А низкий человек поступает наоборот.
– Благородный встречает гнев и милость высших с равным достоинством.
– Etc.
И самое главное, возвращаясь к теме “Долг и честь”: “Благородный превыше всего почитает долг. Благородный человек, наделенный отвагой, но не ведающий долга, может стать мятежником. Низкий человек, наделенный отвагой, но не ведающий долга, может пуститься в разбой”. Государство из мятежников и разбойников не может быть стабильным. А значит, как минимум, властная элита должна быть представлена благородными людьми, обученными и готовыми исполнять свой долг перед народом. Плюс единообразно, дальновидно и ясно представляющими, в чем этот долг заключается.
… Я не знаю, будет ли среди наших властьимущих хотя бы четвертая часть таких людей (на большее в Кали-Юге рассчитывать странно). Но уверена, что низость “элит” может быть скомпенсирована душевными качествами народа. И на это сегодня единственная надежда.
