В Киевской области ежегодно нелегально намывается около 7 млн тонн песка. Это бизнес покрывают прокуроры, силовики и криминалитет. Цена таких “крыш” – 14 млн долларов в год. И хоть только в 2016 году полиция открыла 29 уголовных производств, а несколько дел открыли прокуроры, шансов на их завершение практически никаких.
Об этом KV стало известно из статьи на Страна.UA.
С легкой руки блогеров и журналистов территории массовой нелегальной добычи янтаря в Ровенской и Житомирской областях назвали “Янтарной народной республикой”. О ней много говорят и пишут. Куда меньше говорят и куда реже пишут о масштабном бизнесе сопоставимых масштабов, который процветает в непосредственной близости от столицы Украины – в Киевской области. Речь идет о нелегальной добычи песка.
Каждый год в Киевской области, по данным экологов, нелегально добывают порядка 7 млн тонн песка. Только в этом году полиция возбудила 29 уголовных дел, и несколько дел открыла прокуратура.
Впрочем, главы сельсоветов, на чьих территориях добывают песок, жалуются, что прокуроры сознательно “сливают” дела в суде, забывая даже явиться на процесс. А во-многих случаях являются и реальными владельцами этого бизнеса.
По информации источников “Страны”, песчаные карьеры на Киевщине крышуют люди в погонах, и криминалитет. Цена вопроса — не меньше 14 млн долларов в год. И это только по Киевской области.
И прокуроры, и бандиты, и бойцы АТО
— Ни скотине, ни детям! — гневно сжимает кулаки старая Евдокия Яковна, кивая в сторону Кодака.
Так называется озеро при въезде в село Погребы в 10 минутах езды от Киева, где неизвестные старатели нелегально добывают песок.
Работы идут ни шатко — ни валко. На площадке у озера стоит старая техника, валяются ржавые отработанные трубы. На песчаном карьере работает один трактор, да пару мужиков снуют туда-сюда, делая в вид, будто не слышат, что я к ним обращаюсь.
— Так они и с нами не общаются! — возмущается соседка Евдокии Яковны, баба Галя. — Они ж не местные все. Понавезли черти откуда. А зарплаты не платят. В прошлом году, вон, они тут сидели без денег. Хозяин им дал по тысяче гривен на дорогу, и сказал: “все, больше нет”.
Впрочем, работы все-таки идут. На наших глазах к озеру приехал КамАЗ — за песком.
Фото: Карьер вроде бы прикрыли, но машины за песком продолжают ездить. Анастасия Рафал, “Страна”
Жители Погребов говорят, что в результате этих “раскопок”, в некоторых колодцах осенью пропала вода.
Виталий Крупенко, совсем еще молодой парень, возглавил Погребы всего 7 месяцев назад, застав работы в самом разгаре.
— Дело в том, что у этих ребят есть полный пакет документов на очистку русла реки. Но вместо этого они, начиная с 2012 года вывезли оттуда сотни тысяч тонн песка и чернозема, — рассказывает Крупенко.
Приблизительно так же обстоят дела и на других карьерах.
— Скажем, в селе Ходосовка Киево-Святошинского района некая компания под видом строительства коттеджного городка добывала песок. Полиция неоднократно опечатывала технику, хотя должна бы была забрать ее на штрафплощадку. На следующий день пломбы, конечно, срывали, и продолжали работать, — приводит пример Александр Мамай, журналист информагентства “Стоп коррупции ТВ”. — И только на прошлой неделе добыча остановилась полностью. Причем, несколько дней назад кто-то поджег земснаряд. Мы пытались выяснить, кто стоит за этим карьером. Ниточка привела к высокопоставленным людям среди правоохранителей Киевской области.
Читайте: Месть Луценко: на Киевщине готовится большая прокурорская чистка
У карьера в Ходосовке вообще интересная история.
— У него были разные владельцы. Точнее, не владельцы, а так: кто захватил, — тот и моет, — говорит эколог Александр Соколенко. — Еще года три назад многие карьеры в Киевской области крышевали люди Захарченко. Когда система развалилась, — они стали переходить из рук в руки. Часто за ними стоят местные бандиты. Но конкретно за этим карьером, говорят, стоят прокурорские.
Напомним, прошлым летом получила большой резонанс история с арестом так называемых “бриллиантовых” прокуроров – зама областного прокурора Корнийца и первого замначальника Главного следственного управления ГПУ Владимира Шапакина. История эта связана с другим карьером — в Пуховке Броварского района. Корнийца и Шапакина обвинили в вымогательстве взятки у компаний, которые занимаются добычей песка. Деньги они требовали за то, чтобы прекратить постоянные проверки объектов.
Об этом заявил в суде некто Игорь Баранович, один из инвесторов пострадавшей компании ООО “Гидроэкоресурс”. При этом, по его словам, и они, и компания “Чистый грунт”, которую также прессовали проверками, занимались очисткой дна водоемов, а вовсе не добычей песка.
Видимо, чистка доньев рек — дело прибыльное. Поскольку в деле фигурирует сумма взятки в 200 тыс. долларов.
Процесс движется ни шатко, ни валко. Зачастую прокуроры просто не являются в зал, или подают ходатайства, которые затягивают дело.
Журналист Владимир Бойко объясняет это тем, что “дело “бриллиантовых прокуроров” — это борьба двух группировок за незаконную добычу песка. С одной стороны — Шокин, Гузырь, Корниец и Шапакин. С другой — депутат Константиновский и те люди, которые его обслуживали в ГПУ и два заместителя генпрокурора — Сакварелидзе и Касько (на данный момент, оба уже бывшие – ред.)”.
Цена вопроса — миллионы
Война ведется не только в судах, но и на местах, возле карьеров. Причем, в ней, как и в случае с янтарем, активно задействуют вооруженных людей.
— Чтобы отогнать журналистов и активистов, копачи нанимают бандитов, — рассказывает эколог Александр Соколенко. — Просто приезжают 20 человек с оружием и в камуфляже, представляются полком “Азов”, “Спильной справой” или кем-то еще. И говорят: “мы вас тут сейчас закопаем”.
По словам Александра Мамая, к директору Национального парка “Голосеевский” Борису Дроботу приходили люди, представлявшиеся бойцами АТО, и настоятельно убеждали не трогать карьер в Ходосовке. Мол, мы тут готовимся к строительству и собираем документы. И лучше нам не мешать.
Такие активные боевые действия объясняют цифры.
По данным активистов, ежегодно в Киевской области нелегально добывают до 7 млн тонн песка.
С учетом стоимости одной тонны (от 50 гривен), это 350 млн гривен в год. Или 14 миллионов долларов.
— Чтобы вы понимали, за день с хорошего карьера можно накопать 25 тыс. тонн песка. Итого: 1 млн 250 тыс. гривен за день. Мало? — задает риторический вопрос директор легальной компании по добыче песка, просивший его не представлять.
Схема работает элементарно.
— Берется участок земли — под строительство, сельское хозяйство и так далее. Скажем, как работал карьер “Башта” на Жуковом острове: они себе сделали проект застройки. Получили разрешение на намыв песка, потому что участок находился низко. Намыли метров 20, и начали ее выгребать. И под видом того, что они ровняют участок, — торговали песком, — рассказывает эколог Александр Соколенко. — Чтобы вы понимали объемы: в 2012 году они намыли кучу песка, и продавали его аж до нынешнего года. Три года! И у них там стояла очередь из грузовиков, которые с 8 утра до 8 вечера загружались песком.
Схемы прокурорские
Первыми внимание к этой теме привлекли активисты “Автомайдана”. В прошлом году они отыскали в Киевской области 6 нелегальных карьеров по добыче песка и засняли их с воздуха.
— У нас была инсайдерская информация, что один участок определенного размера добывает N-ое количество песка в день. И мы по этим объемам посчитали, и вышли на объемы 7 млн тонн песка в год, — объясняет активистка Автомайдана Екатерина Бутко.
По ее словам, для того, чтобы один карьер мог спокойно работать, его владельцы должны заплатить милиции, прокуратуре и СБУ по 20 тыс. долларов в месяц. Тогда как обладминистрации достается от силы 10 тыс. долларов.
— И скажем, когда мы в первый раз побывали у карьера на Баште, возле Конча-Заспы, и заблокировали машину, которая везла песок, — первый, кто туда приехал, был замначальник Голосеевского РУВД, к тому времени уже уволенный, — вспоминает Бутко. — Он, якобы, пытался разобраться, что тут происходит? Но подумайте, где Конча-Заспа, а где Голосеевское РУВД?
Фото: Автомайдан сравнил одну и туже местность до и после начала нелегальной добычи песка.
Активист из Одессы Сергей Гуцалюк рассказал “Стране”, что даже от нелегальных карьеров в Одесской области ниточки ведут в Киев.
— У нас таких карьеров с десяток. И это все прикрывается силовиками на уровне Киева. Журналисты расследовали это дело, и выяснили, что все ниточки ведут в прокуратуру, — сказал “Стране” Гуцалюк.
На интерес прокуратуры намекала и Анна Старикова, глава Киевского облсовета. В апреле она заявляла, что обыски, которые прокуратура проводит в ее кабинете, связаны с инициативой области по борьбе с нелегальной добычей песка.
Более того, депутаты Киевского облсовета в апреле этого года требовали отставки областного прокурора Евгения Бондаренко. Но и это никак не повлияло на поведение органов прокуратуры.
Схемы участия прокуроров в незаконной добыче песка просты, незатейливы. О них “Стране” рассказал источник в правоохранительных органах.
Читайте: В Киеве СБУ раскрыла схему хищения земель водного фонда на 31 млн гривен
“Все схемы прокурорских заработков на незаконной разработке недр были придуманы во второй половине 90-х, – говорит правоохранитель. – До этого незаконные карьеры по добыче чего угодно – от песка и янтаря до чернозема, щебня и глины, а также валкой леса занимались бригадные – бандиты из Киевской области. Потом их отжали в сторону милиционеры и прокурорские, взяв карьеры под свое крыло. Но настоящий расцвет по незаконной разработке недр начался с подъема строительного бизнеса – с конца 90-х. И в настоящее время, это тема “прокурорских”, с небольшими вкраплениями криминальных элементов, имеющих крышу во власти. У прокуроров тоже есть несколько уровней. Непосредственно, в поле контролирует ситуацию местный прокурор. Например, в Киево-Святошинском районе. На уровне судов и проверяющих органов “крышует” областная прокуратура. Когда начинается серьезная проблема, подключается прокуратура генеральная. Незаконная добыча песка идет по нескольких схемам. Первая схема – это когда у предприятия есть все документы на разработку одного карьера в одном месте. Но на самом деле выработка песка идет на территории в 10 раз большей. Об этом прекрасно знают правоохранители, однако сделать ничего не могут – прекращение работы предприятия это целиком прерогатива прокуратуры. Как правило, доля прокурорской крыши – треть прибыли от продажи “левого” песка. Вторая схема – это “черная выработка” песка. Производится как правило, совершенно открыто в глухих местах Киевской области. В этом случае доля прокуратуры гораздо больше – половина доходов от продажи песка. Третья схема – это намыв речного песка “дноуглубителями”. Вроде как делается благое дело, углубляется река. Вот только песок от намыва куда-то “исчезает”. В этом случае доля прокурорских тоже одна треть от добытого. Чаще всего в директорах и учредителях предприятий, которые занимаются незаконной добычей песка, сидят родственники и друзья прокурорских крышевателей. Поэтому деньги идут практически всегда в один котел. Просто лично “прокурорская” доля – это святое. Остальные деньги – как бы семейные. Но и эти деньги – подконтрольны прокурору, который крышует этот бизнес”.
К слову, источник “Страны” объяснил, что последние два года незаконные песчаные карьеры стали яблоком раздора между различными ветвями власти.
“Первое коррупционное звено – Министерство экологии и природных ресурсов, – поясняет чиновник. – Чиновники выдавшие разрешение и сделавшие экспертное заключение, что добыча в этом месте добыча не будет вредить окружающей среде. Второе коррупционное звено – это киевская областная власть, третье коррупционное звено – районная власть, а также бывшие райотделы милиции, а теперь полиции – все эти инстанции до 2014 года имели свою “долю малую” в незаконной разработке песка. Однако за последние два года прокуроры решили обойти все эти звенья, по сути, попытавшись монополизировать “крышевание” песочного бизнеса. Отсюда и скандалы. Кроме того, в Киевской области прокурорские в последнее время активно осваивают и смежные с добычей песка отрасли бизнеса – нелегальную вырубку леса и вывоз чернозема. То есть тактика выжженной земли получается – песок намыли, чуть дальше чернозем выкопали, а лес, что растет вокруг вырубили”.
Легально невыгодно
Активисты объясняют: система построена так, что добывать песок официально — невыгодно. Только одна лицензия стоит около 800 тыс. гривен на 10 лет.
— И эта процедура тоже предполагает взятки. По факту может получиться, что человеку, который получил все документы, придется продавать песок дороже, чем это делают нелегалы, — говорит Соколенко. — То есть, честный бизнес вести невыгодно. Да и незачем. Скажем, по многим карьерам открыли уголовные дела, но они никак не влияют на ход добычи песка.
В полиции Киевской области уверяют, что активно борются с незаконными карьерами.
— С начала года полиция открыла 29 криминальных производств по статье 239 (незаконное завладение грунтовым покровом), — рассказывает Николай Жукович, пресс-секретарь Нацполиции Киевской области.
Это нарушение чревато штрафом 3400 — 8500 гривен, либо ограничением свободы на срок до трех лет с изъятием орудий труда.
Впрочем, ни одно из дел пока еще не попало в суд. Полиция даже не предъявила никому подозрение.
— Многие дела стоят без движения, потому что экологические инспекции не спешат с экспертизой. А нам надо знать сумму ущерба, нанесенного государству, — объясняет Жукович. — Кроме того, чтобы забрать земснаряд на штрафплощадку, нужна серьезная техника. Потому что они огромные. Это 40 тыс. гривен. А кто на это деньги выделяет?
Почему горят торфяники?
А тем временем, экологи бьют в набат. Нелегальная добыча песка, говорят они, наносит ущерб природе.
— При добыче овражного песка уничтожают растительность, а добыча речного разрушает экосистемы рек, — рассказывает Александр Соколенко. — Часто обрушиваются берега, уничтожается береговая эко-система, снижается уровень кислорода в воде, гибнет рыба. Река превращается в сточную канаву. Скажем, мы каждый год сталкиваемся с горением торфяников под Киевом. А если бы реки находились в природном состоянии, — то этих случаев было бы меньше.
Фото: Так выглядит отработанный карьер в селе Рожны по добыче овражного песка. Анастасия Рафал, “Страна”
Напротив, директор компании, которая легально добывает песок, уверяет, что никакого вреда природе это не наносит.
— Этот рынок очень узкий, и все друг друга знают: и легальные, и нелегальные. И в чем-то мы конкуренты, а в чем-то партнеры. И их способ добычи песка ничем не отличается от нашего. Если ты добываешь песок, — ты чистишь озеро. Ил уходит вниз, — объясняет наш собеседник. — А весь этот шум, — это следствие передела рынка, который идет постоянно с приходом новых людей в высокие кабинеты. И активисты работают то с одними, то с другими конкурентами. Вот я вижу, что у меня продажи идут плохо. Дай, думаю, прикрою карьер соседей. И нанимаю себе каких-то малолеток покричать.
Так или иначе, однако борьба с “песочной республикой”, похоже, и правда, мало что даст.
— Вы же понимаете: уйдут одни, придут другие, — говорит Владимир Кабыш, глава сельсовета в Рожнах (Бориспольского района), где также добывают песок. — Потому что дело это сверхприбыльное: единицу вложил, 10 получил. Но селу от этого не идет ни копейки. Скажем, мы никому землю не выделяли, и никому никаких разрешений не давали. Так что если копают, — значит, им выделил землю район. А если делают это нелегально, — то это уже к прокуратуре.
В прокуратуре Киевской области нам сообщили, что с начала года в Единый реестр досудебных расследований внесли 10 криминальных правонарушений, связанных с незаконной добычей песка.
Два дела — по Ходосовке и карьеру в селе Стовпяги Переяслав-Хмельницкого района — уже направлены в суд.
В суде, как рассказал “Стране” Виталий Крупенко, находится и дело по карьеру в Рожнах, где под видом очистки дна старатели вывезли песок и чернозем.
— Прокуратура то остановила их деятельность, но хозяйственный суд решил, что они работают в рамках проекта. То есть, действительно очищают реку. Но понимаете дело в чем: представитель прокуратуры даже не пришёл на заседание суда первой инстанции. Это как? — задает риторический вопрос Крупенко.
Фото: Виталий Крупенко, глава сельсовета в Рожнах, и по совместительству капитан футбольной команды, намекает на то, что прокуратура “сливает” дела в суде. Анастасия Рафал, “Страна”
Сегодня дело находится в апелляционном суде. И если апелляция, а затем кассация признают правоту “старателей”, — они смогут и дальше “очищать” реку от песка, а поле — от чернозема.
Страна.UA.
Читайте: Красиво жить не запретишь: вся правда о доходах киевских судей
